arabena (arabena) wrote,
arabena
arabena

Category:

Маттео ди Джованни Иисус приглашает Петра и Андрея в ученики

Тома представили судье; но язык у него прилип к гортани, сердце усиленно забилось, и он едва дышал - отчасти подавленный грозным величием этого человека, но главным образом тем, что это был ее отец. Он бы с радостью упал перед судьей на колени, если бы в школе было темно. Судья погладил Тома по голове, назвал его славным мальчиком и спросил, как его зовут. Мальчик раскрыл рот, запнулся и едва выговорил:
- Том.
- Нет, не Том, а...
- Томас.
- Ну, вот это так. Я так и думал, что оно немножко длиннее. Очень хорошо. Но у тебя, само собой, есть и фамилия, и ты мне ее, конечно, скажешь?
- Скажи джентльмену, как твоя фамилия, Томас, - вмешался учитель, - и не забывай говорить "сэр". Веди себя как следует.
- Томас Сойер... сэр.
- Вот так! Вот молодец. Славный мальчик. Славный маленький человечек. Две тысячи стихов - это очень много, очень, очень много. И никогда не жалей, что потратил на это столько трудов: знание дороже всего на свете - это оно делает нас хорошими людьми и даже великими людьми; ты и сам когда-нибудь станешь хорошим человеком, большим человеком, Томас, и тогда ты оглянешься на пройденный путь и скажешь: "Всем этим я обязан тому, что в детстве имел счастье учиться в воскресной школе, - моим дорогим учителям, которые показали мне дорогу к знанию, моему доброму директору, который поощрял меня, следил за мной и подарил мне прекрасную Библию - роскошную, изящную Библию, которая станет моей собственностью и будет храниться у меня всю жизнь, - и все это благодаря тому, что меня правильно воспитывали!" Вот что ты скажешь, Томас, и эти две тысячи стихов станут тебе дороже всяких денег, - да, да, дороже. А теперь не расскажешь ли ты мне и вот этой леди что-нибудь из того, что ты выучил? Конечно, расскажешь, потому что мы гордимся мальчиками, которые так хорошо учатся. Без сомнения, тебе известны имена всех двенадцати апостолов? Может быть, ты скажешь нам, как ввали тех двоих, которые были призваны первыми?
Том все это время теребил пуговицу и застенчиво глядел на судью. Теперь он покраснел и опустил глаза. Душа мистера Уолтерса ушла в пятки. Про себя он подумал: ведь мальчишка не может ответить даже на самый простой вопрос, и чего это судье вздумалось его спрашивать? Однако он чувствовал, что обязан что-то сказать.
- Отвечай джентльмену, Томас, не бойся.
Том все молчал.
- Я знаю, мне он скажет, - вмешалась дама. - Первых двух апостолов звали...
- Давид и Голиаф!
Опустим же завесу милосердия над концом этой сцены.



PS Художественный музей Кларков, 1470-е годы.
https://www.clarkart.edu/Collection/5615
Tags: Библейский сюжет, Ренессансные картины
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 7 comments